Thu07182019

Last update06:14:44 AM GMT

Profile

Layout

Direction

Menu Style

Cpanel
Back Город БЕРДЯНСКАЯ УЗИ ВИВИСЕКЦИЯ...

БЕРДЯНСКАЯ УЗИ ВИВИСЕКЦИЯ...

  • PDF

Известно, что за 14 лет до Вильгельма Рентгена первые снимки скелетов морской свинки, лягушки, детской ручки с помощью «катодных лучей» (на самом деле X-Ray - лучей. – Прим.) сделал профессор Венского университета Иван Павлович Пулюй (1845 - 1918).

Известный украинский композитор, пианист, музыкальный критик, педагог, дирижёр, с 1939 г. по 1941 г. и с 1944 г. по 1948 г. -  профессор и ректор Львовской консерватории Василий Барвинский с женой - пианисткой Натальей Барвинской - Пулюй после их ареста (в 1948 году) и десятилетнего заточения в советских концлагерях.  1959 - 1960 гг. 

Позировала великому физику (а также - математику, астроному, теологу, инженеру-электротехнику, научному идеологу австро-венгерской электрификации, талантливому педагогу, кавалеру ордена Франца Иосифа, рыцарю австрийского ордена Железной Короны) дочка Наталка (1886 года рождения), ставшая впоследствии женой известного украинского композитора, пианиста, музыковеда, воспитанника Пражской музыкальной школы Василия Барвинского (1888-1963). Было у Ивана Пулюя и его жены Катерины Стозитской пятнадцать детей. До совершеннолетия дожили только шестеро…

Фото. «Катодно-лучевой» (на самом деле - X-Ray) снимок руки дочери Наталки, сделанный Иваном Пулюем задолго до псевдооткрытия В. Рентгеном “рентгеновских” лучей.
 
Похоже, не представляли, даже крупные ученые, в конце XIX – го, начале XX века степень опасности исходящую от научных творений своих. Немало активных участников Великой революции в естествознании рубежа ушедших XIX – XX вв. расплатились за свое чрезмерное участие в этой революции не только своим здоровьем, но и здоровьем своих детей и внуков. Понимание опасности пришло позже. Систематическое изучение биологического действия Х-лучей, других ионизирующих излучений на живые организмы началось только после взрывов атомных бомб в Хиросиме и Нагасаки. В СССР, в частности, такие исследования проводились после 1945 года под руководством известного биолога-генетика Николая Владимировича Тимофеева-Рессовского (Зубра).
Сразу же после рентгеновской пиар-кампании, которую устроили соотечественники Рентгена по случаю регистрации его “открытия” в 1895 году и вручения ему, первому среди физиков Нобелевской премии в 1901 году (Рентген премию в Стокгольме получил, но делать обязательный лауреатский нобелевский доклад не стал… - Прим.) сопровождавшейся грандиозными факельными шествиями ликующего немецкого народа германской нации, началось широкое внедрение в практику научных, технических и медицинских исследований - X-Ray investigation.

Иван Пулюй (1845, Грымайлив, Гусятинский район Тернопольской области, Украина – 1918, Прага, Чехия)

Светили тогда “безвредными” Х-лучами без всякой меры вся и всех без разбору до посинения, заповеди древних («Мера должна быть во всем» - Гораций) нарушая. Светили даже беременных женщин для удовлетворения научного любопытства. К сожалению, не соблюдая какие-либо меры осторожности. Нечто подобное случилось и после открытия радиоактивности... Лауреат Нобелевской премии по физике за 1903 год (за открытие естественной радиоактивности) Мария Склодовская–Кюри рассылала по разным онкологическим клиникам полученный ею из урановой смоляной обманки (совместно с мужем Пьером Кюри - тоже Нобелевским лауреатом за 1903 год) “безвредный”, чудодейственный и чрезвычайно радиоактивный радий в обычных почтовых конвертах. Не очень давно такой радиоактивный конверт, подписанный Марией Кюри, обнаружили в архивах Харьковского института медицинской радиологии им. С. П. Григорьева (основанном в 1920 году).

Нобелевский лауреат за 1903 год Анри Беккерель (1852, Париж - 1908, Ле-Круазик, Франция) носил ампулу с радием в кармане жилетки, чтобы показывать всем желающим на экране из сульфида цинка «огнистое блистание» - радио-люминесценцию. Вскоре у него появились язвы от радиационных ожогов. Прикладывал к телу радий и Пьер Кюри. После этой процедуры у него появились глубокие ожоги и омертвление ткани. Очень страдала от лучевой болезни Мария-Склодовская Кюри (1867, Варшава - 1934, Санцелльмоз, Франция). Лучевая болезнь стала профессиональным недугом всех радиохимиков. Печальная участь настигла и Нобелевских лауреатов по химии за 1935 год (за открытие искусственной радиоактивности, позитронной радиоактивности, аннигиляции и рождения пар) – Фредерика Жолио-Кюри и Ирен Кюри-Жолио.

Фото. Композитор Василий Барвинский (1888, Тернополь - 1963, Львов) с женой - пианисткой Натальей Барвинской-Пулюй (1886, Вена - 1963, Львов). 1937 год

В конце сороковых - начале пятидесятых годов ушедшего века некоторые жители города-курорта Бердянска добровольно вызывались обеспечивать сохранность радиоактивного концентрата монацита-ураноторита - готовой продукции п/я № 23 Минцветмета СССР (известного всем бердянцам - «Рудоуправления»)… в своих жилищах. В послевоенном, разрушенном едва ли не полностью приморском Бердянске ощущался дефицит складских помещений, вот и хранили опечатанные сургучными печатями брезентовые мешки с концентратом ураноторита бердянские добровольцы (в большинстве своем - из числа работников п/я № 23)  у себя дома. Для большей надежности в своих спальнях – под кроватями.

Впрочем, в этом "секретном" «ящике» даже у бухгалтера не было должных условий для хранения бухгалтерской документации. И он для большей гарантии личной безопасности круглосуточно держал “важные бумаги” при себе - в портфеле. Что естественно не могло не привлечь внимания местного ворья, решившего, что «очкарик в шляпе» носит в портфеле что-то весьма ценное – вроде платежных бонов «Рудоуправления». В результате - портфель у него был выкраден. Бухгалтера, понятное дело, мгновенно арестовали. И дали большой тюремный срок за «необеспечение должной сохранности важной ("секретной") документации». Хотя буквально сразу же после совершения кражи бердянское ворьё подкинуло украденный портфель обратно, убедившись что желанных бонов (т.е., талонов на право приобретения дефицитных товаров в магазинах «Рудоуправления». - Прим.) в нем нет.

Наряду с добычей россыпного ураноторита, промыслом которого занимались бригады старателей, намывая его c помощью лотков (т.е. - точно также, как это делают и доныне добытчики россыпного золота на Колыме и Чукотке)  из черно-фиолетового прибрежного песка на Бердянских Макортах, на Верховой, на Курорте, в Новопетровке, в п/я 23 извлекали также ураноторит наряду с прочими ценными компонентам (вроде рзм и благородных металлов) и из  горной породы, которую доставляли на предприятие из отрогов Приазовской Возвышенности (с  Берды, Обиточной). Для этого руду обогащали. Подвергая ее дроблению, измельчению, флотации, магнитной сепарации, сушке. Поскольку готовый концентрат после всех этих процедур еще долго сохранял тепло, то многие из работников п/я № 23 по окончании смены не спешили в свои холодные, неотапливаемые дома, а устраивались на ночлег на складе готовой продукции – на россыпях теплого… ураноториевого концентрата…

Отходы обогащения ураноториевой руды – «хвосты» тоже не пропадали, а шли в дело. Их в послевоенном Бердянске использовали при ремонте брусчатой мостовой и прокладке новых дорог.  

Располагались же производственные площадки п/я № 23 в городе у моря на пересечении  ул. Шевченко и Восточного проспекта, в Бердянской Колонии. Главная контора находилась – по ул. Свободы 39.  Рядом с этими стратегическими объектами располагались и магазины  «Рудоуправления», где счастливые обладатели бонов могли свободно приобретать дефициты вроде – хлеба, сахара, сливочного масла, отреза ситца, ботинок, швейной машинки, радиоприемника…
Сохранились кое-где на Бердянском Курорте и в Макортах  ямы, пусть и заросшие камышом и травой, близ которых в послевоенные годы бригады старателей намывали лотками, а также с использованием т.н. «промприборов», ураноториевую руду. Эти, все еще сохранившиеся объекты первого ядерного проекта СССР были бы для туристов, посещающих Бердянск, куда более интересными, познавательными и поучительными, нежели проводимые разного рода случайной публикой примитивные экскурсии к креслу желаний, сантехнику Васе и к бычку-кормильцу…  А еще – к пушечному ядру, вмурованному после позорной Крымской войны в стену дома по ул. Университетской 29.      

Совсем еще недавно, вплоть до конца 50-ых годов XX века в средних школах были обязательными демонстрации катодных лучей с помощью прототипов Пулюевских ламп («лямп»). Показывали эти опыты младшим школьникам не только учителя, но и старшеклассники на разного рода физических викторинах-вечерах. Автор этих строк запомнил навсегда такой зимний, физический вечер 1959 года в Ногайской (ныне - Приморской близ Бердянска) средней школе. Обязательными были в средних школах и демонстрации радиоактивного распада сопровождавшегося испусканием альфа и бета частиц. В подсобках физкабинетов средних школ для этих опытов хранили радиоактивные препараты. В те романтические годы считалось недопустимым преподавать физику, химию исключительно с помощью мелка, классной доски и бездумного цитирования ученикам под диктовку пресных страниц неинтересных школьных учебников. Добросовестные демонстрации физических, химических опытов, полноценные лабораторные работы по физике, химии были тогда обязательными.
Сверхтоксичной ртути вообще было в школьных подсобках – немеряно. Было много ртутных физических приборов, хранили ее и в колбах для разных опытов. И куда она подевалась?.. Пункты приема для утилизации “школьной” ртути ведь никто, нигде и никогда не открывал.

Фото. Почтовая марка, посвященная 150-летию со дня рождения Ивана Пулюя (1845 - 1918).

Широкое распространение получило в середине двадцатого века применение мирного атома. Бесчисленное множество контрольно измерительных приборов (уровнемеров, расходомеров, толщиномеров…) содержали мощные радиоактивные источники. Немало советских предприятий имели в своей структуре изотопные лаборатории. В каждом крупном городе размещалась базовая изотопная лаборатория. В комплекте почти каждого дозиметрического прибора хранился неслабый эталонный изотопный источник… При разливке стали, в разливаемый металл вводили радиоактивные препараты, чтобы потом оценить характер распределения вредных и не только примесей. В футеровку доменных печей и разных там конверторов тоже вводили меченые атомы, чтобы по изменению активности разливаемого металла оценивать износ и состояние футеровки. И каких только опыты не ставили с “меченными” атомами. Часто, всякого рода активные источники оказывались на заводских свалках и отвалах... Оттуда радиоактивные препараты нередко попадали в строительные шлакоблоки и панели, а затем в стены жилых домов. К счастью эти изотопные увлечения уже давно закончились. Сейчас часто люди на холодное дуют. Например, наши местные приазовские экологи, чтобы обратить на себя внимание, периодически местных граждан низкорадиоактивным и биологически неактивным монацитом пугают. Кстати наш приазовский монацитовый торий, совершенно невостребованный в двадцатом веке, похоже, может стать в XXI веке крайне желанным сырьем для ядерной энергетики. Оказывается, использование тория вместо урана может сделать ядерную энергетику практически безотходной.

И, казалось бы, человечество еще в XX веке прониклось опасностью от чрезмерно-безмерного увлечения новыми благами цивилизации. Но, похоже, не до конца... Так, например, сейчас большое распространение получила ультразвуковая диагностика. Еще в 1928 были первые попытки использовать для визуализации внутренних органов людей промышленные ультразвуковые дефектоскопы. Нелишне напомнить, что уже в годы первой мировой войны в воюющих странах пытались создать ультразвуковое и инфразвуковое оружие. Разочарование постигло разработчиков тогда – не смогли они создать чудо-оружия, чтобы валило в одночасье всех и сразу наповал. После той войны такие разработки, наряду с химическим, бактериологическим оружием были объявлены мировым сообществом вне закона. Друг СССР, великий француз Поль Ланжевен (1872 - 1946) не только ультразвуковые морские подводные локаторы тогда создавал. Академик Игорь Васильевич Курчатов (1902/3-1960) перед тем как серьезно увлечься ядерной физикой, пьезокристаллы-сегнетокристаллы для генерации ультразвука из водных растворов выращивал, и свойства их исследовал. Серьезно занимались исследованиями свойств пьезоэлектриков, сегнетоэлектриков и харьковские физики под руководством академика Кирилла Дмитриевича Синельникова – ученика отца ядерной физики Эрнеста Резерфорда (1871 - 1937). Это в харьковской лаборатории Синельникова К.Д – друга, однокурсника и шурина академика Курчатова И.В. были диагностированы впервые в СССР искусственные ядерные реакции.

В акушерстве УЗИ-диагностику начали широко использовать за границей с 1958 года (а до того о самочувствии плода судили главным образом на основании состояния здоровья самой женщины). В Европе ультразвук стал частью стандартной процедуры наблюдения беременных. Появились даже коммерческие фотографы, делающие цветные внутриутробные снимки. Ныне существует мнение, что ультразвуковое исследование являются не только быстрым, комфортным, но и абсолютно безопасным методом. Так, например, ныне у нас практикуется бесплатное массовое УЗИ беременных: первый раз — на 16 - 24 неделе, второй раз — в 28 - 36 недель. А вот платное УЗИ врачи часто назначают без всякой необходимости множество раз в течение всей беременности. Проводят сейчас ультразвуковые “безвредные” обследования наши отечественные медики не только в клиниках, но и на дому - с помощью портативных устройств.                                                                                    
Между тем, в США практически все родовспомогательные организации категорически выступают против использования ультразвука без имеющихся к тому показаний. В США Национальный институт здоровья запретил обязательное УЗИ всех беременных. Некоторые врачи считают, что во время беременности можно сделать только один «ультразвук», чтобы избежать очень неприятных патологий (рождение детей без рук, без ног, без мозга…). Другие специалисты предпочитают назначать «ультразвук» только при наличии явных признаков осложнения, например кровотечения или аномальной формы матки. А делать «ультразвук» только ради удовлетворения любопытства - для того, чтобы узнать пол ребенка или сделать на память его внутриутробную фотографию, считается недопустимым.

Хотя бывший заведующий кафедрой рентгенологии и лучевой диагностики Донецкой медицинской Академии, профессор Михаил Соломонович Каменецкий, который убеждён в безвредности УЗИ для диагностики (сейчас на пенсии и живёт в США) и подтвердил общепринятое мнение о безвредности УЗИ в тех дозах, которые применяются, однако сообщил, что для диагностики беременности и определения пола плода американцы всё же перешли на анализы крови, которые исключают даже минимальное облучение... То есть, хоть УЗИ и не "вивисекция", но всё же и она есть облучение. Правда в том, что наука не стоит на месте и если по анализу крови можно всё решить для беременной, то зачем ей какое-то УЗИ? Тем более, что это всё же облучение... 

Похоже, человечество добровольно наступает на небезопасные ультразвуковые грабли. Ведь ультразвуковые воздействия на формирующийся плод человека могут приводить к печальным последствиям. И всякого рода механические повреждения и мозговые кровоизлияния новорожденных могут оказаться в числе самых безобидных негативных последствий наших увлечений “безвредными” ультразвуковыми плодами цивилизации. Уже стали появляться сообщения серьезных исследователей о негативном влиянии “безопасного” диагностического ультразвукового воздействия на генетический код человеческого зародыша.

Тревожные факты уничтожающего удара по генотипу новорожденных в результате воздействия  “безопасного” УЗИ получил искренне обеспокоенный вырождением народа, излишне эмоциональный, категоричный и навлекший по этой причине на себя массу гневных стрел - российский биолог-генетик Гаряев Петр Петрович (родился в 1942 году. – Прим.).
Вряд ли можно считать допустимым и безопасным широкое, неконтролируемое распространение в жилых домах разного рода “безопасных” бытовых ультразвуковых устройств для отпугивания и стерилизации кошек, собак, грызунов, насекомых...

И грустно очень, что столь безмерно беспечное “ультразвуковое” отношение к здоровью детей, равнодушие к неконтролируемому распространению “безопасных” ультразвуковых отпугивателей-стерилизаторов для кошек, собак и прочих тараканов происходит в некогда просвещенной стране, где совсем недавно лучших абитуриентов и студентов определяли не с помощью пресловутых болонских тестов, а с помощью объективных экзаменов. В стране, где в отличие от всяких-разных “болонских стран” действовали и поныне действуют (еще никто вроде бы не отменял?) строгие государственные стандарты образования, и уже несколько десятилетий в обязательной для исполнения (для тех, кто собирается стать инженерами, врачами, учеными-естествоиспытателями) государственной программе по курсу физики для средних общеобразовательных школ есть обязательные разделы: - Вибрация и ее влияние на живые организмы. Инфра-и ультразвуки. Экологические проблемы акустики.

“Не исключено, что ультразвуковой техникой проводится вивисекция «цивилизованных» народов. Они сами себя стирают с лица Земли, чтобы очистить место для «диких» племен. Вот уж поистине: чтобы погубить грешных людей Бог застилает им разум”.* - Гаряев П. П. Цитата из публикации Михаила Дмитрука, «Ультразвук и наши собственные мысли», сб. «Парадоксы цивилизации» № 6(44), 2006.

Прим.: Монацит, монацитовый песок — минерал, относящийся к классу фосфатов лантаноидов, — в основном церия, лантана, празеодима, тулия, гадолиния, самария, а также скандия, иттрия, относимых наряду с лантаноидами к редкоземельным элементам и примесями актиноидов — тория, урана.

www.andersval.nl

Валерий Кравченко